Связь сокращает расстояния!


Предпосылки создания электросвязи в России
Тема: История проводной связи Дата:  27.4.07

Появление электросвязи в России в первой половине XIX столетия нельзя назвать случайным явлением. Скорее, наоборот. Несмотря на то, что Российская империя в данный период своей истории уже серьезно отставала в своем экономическом развитии от наиболее развитых стран Запада, именно ей было суждено сыграть весьма существенную роль в появлении принципиально новых средств связи, характерных для инду­стриальной эпохи. Зарождению элект­росвязи в России способствовало удачное сочетание целого ряда объек­тивных и субъективных предпосылок.

Говоря об объективных предпо­сылках появления электросвязи в на­шей стране, необходимо выделить, прежде всего, фактор пространства.

В начале XIX в. Российская импе­рия была огромной страной, раски­нувшейся на трех континентах. Она включала в свой состав значительную часть Восточной Европы и Закавка­зья, Северную Азию и крайнюю, северо-западную часть Америки. В царствование Николая I империя за­нимала почти одну седьмую часть обитаемой суши нашей планеты.

Такие бескрайние пространства не могли не поражать. С детства любой грамотный человек знал, что Россий­ская империя - самое обширное из всех государств, когда-либо существо­вавших. Автор серьезнейших "Стати­стических очерков России" К.И. Арсе-ньев, приступая к рассмотрению рос­сийских границ, не смог удержаться от восклицания: "Какое необъятное расстояние от крайнего пункта на западе Царства Польского до оконеч­ностей Камчатки... 14421 верст! Вели­ко также протяжение России и с юга на север... от льдистых тундр Лаплан­дии, до Астары, или до знойной степной границы Персидской - рас­стояние 4860 верст".

На этой громадной территории в николаевскую эпоху проживали около 50 млн. человек. Плотность населения составляла в России всего 2,4 челове­ка на квадратный километр (или 2,7 человека на квадратную версту). Для сравнения: в то же время плотность населения в Англии составляла 66, во Франции - 57, в германских государ­ствах - 48, в Австрийской империи - 38 человек на квадратный километр. Размещение населения в самом боль­шом государстве мира было крайне неравномерным. Наиболее густо бы­ли заселены центральные области европейской России, а также присо­единенные в результате войн со Шве­цией и разделов Польши западные области империи. На данных терри­ториях проживало более трех четвер­тей населения страны. К северу, югу и востоку от центральных областей России начинались редконаселенные районы. Особенно плохо была заселе­на территория к востоку от Урала. На рубеже XVIII-XIX вв. плотность на­селения в Сибири была меньше одно­го человека на 10 квадратных верст.

Фактор бескрайности пространств во все времена оказывал огромное воздействие на российскую историю и в значительной степени определял особенности экономического и поли­тического развития страны. Вот что говорил по этому поводу СМ. Соло­вьев: "Малочисленное народонаселе­ние было разбросано на огромных пустынных пространствах, которые беспрестанно увеличивались без соот­ветственного умножения народонасе­ления... Когда части народонаселе­ния, разбросанные на огромных про­странствах, живут особною жизнею, не связаны разделением занятий; ко­гда нет больших городов, кипящих разнообразною деятельностью, когда сообщения затруднительны, сознания общих интересов нет, - то раздроблен­ные таким образом части приводятся в связь, стягиваются правительствен­ною централизациею, которая тем сильнее, чем слабее внутренняя связь; централизация восполняет недостаток внутренней связи, условливается этим недостатком и, разумеется, благо­детельна и необходима, ибо без нее все бы распалось и разбрелось: это хирургическая повязка на больном члене, страдающем потерею внут­ренней связи, внутренней сплочен­ности". Многие российские и зарубежные исследователи рассматривали гигант­ские российские просторы скорее как недостаток, чем достоинство. Так, К.И. Арсеньев отмечал, что "рассмат­ривая все части Государства Россий­ского в совокупности как единое це­лое, нельзя не признать, что оно имеет все невыгоды многосложного государственного состава: чрезмерная отдаленность областей одна от дру­гой затрудняет ход действий правите­льства и препятствует единству нрав­ственных сил народа, необходимому для споспешествования промышлен­ности и успехов образования. Может ли западный край Европейской Рос­сии подать взаимное содействие севе­ро-восточной Сибири касательно ус­пехов торговли, мануфактур и друго­го рода промышленности? Необъят­ное пространство, их отделяющее, высокие горные хребты, обширные степи, ненаселенные страны, между ними находящиеся - полагают нату­ральные, неотвратимые тому прегра­ды".

Столь же категоричен Л.В. Тенгоборский: "Такое огромное простран­ство империи представляет много не­удобств в отношении административ­ном и финансовом. Оно составляет препятствие для внутренних сообще­ний, для мены произведений почвы и промышленности, а, следовательно, и для успехов народного богатства. Оно представляет много разнообразия в отношении к результатам администра­тивных и финансовых законов, потому что какая-нибудь мера, или распоря­жение, легко выполнимое в одной из прибалтийских губерний, имеющей 300 или 400 кв. миль, часто представляет совершено противные результаты, бу­дучи приложено к Вологодской или Архангельской губернии, из которых первая занимает около 7000, а послед­няя более 15000 кв. миль с весьма редким населением".

И действительно, гигантские про­странства часто являлись для России настоящим врагом номер один. Бес­крайние просторы обрекали экономи­ку страны на замедление темпов эко­номического развития, затрудняли круговорот товаров и денег. По мне­нию английского исследователя П. Готрелла, с точки зрения последую­щего экономического развития Рос­сии не менее важным, чем освобожде­ние крепостных крестьян от помещи­ков, было освобождение страны от специфических трудностей, обусло­вленных протяженностью ее террито­рии. Говоря о реформах 60-х годов XIX в., П. Готрелл отмечал, что они

"имели большое политическое и со­циальное значение. Но их экономиче­ское влияние следует оценивать весь­ма осторожно. Значимость реформы начинает меркнуть, когда она рас­сматривается на фоне длительного экономического развития. Воздей­ствие географических и других неин­ституциональных факторов на хозяй­ственное развитие приобретает боль­шую важность, чем институциональные ограничения, такие как крепост­ное право, которые можно было пре­одолеть усилиями людей".

Такое освобождение было воз­можно только через насыщение бес­крайнего российского пространства так называемыми социальными про­водниками, к числу которых П.А. Сорокин относил средства электро­связи. Именно электросвязь наряду с железными дорогами и другими сред­ствами сообщения могла преобразо­вать бескрайние российские просто­ры, превратив их в социальное про­странство. Связанные при помощи новейших средств коммуникации от­дельные части страны становились гораздо ближе друг к другу.

Нельзя сказать, что российское государство до появления электросвя­зи не пыталось ответить на те вызовы, которые бросали ему его бескрайние просторы. Ведь созданию электросвя­зи в Российской империи предшество­вал длительный опыт организации в стране общегосударственной службы связи, которая в идеале должна была отличаться регулярностью, надежно­стью и оперативностью. Однако в течение длительного времени до до­стижения идеала было очень далеко.

Громадные пространства самой боль­шой в мире империи исключали саму возможность быстрой реакции власти на события, которые происходили как внутри страны, так и за ее пределами. Россия вступила в эпоху модерниза­ции, обладая чрезвычайно архаичной системой передачи информации, ос­новные элементы которой являлись ровесниками русского единого цент­рализованного государства. Именно с ее помощью доставлялась по назна­чению корреспонденция многочислен­ных правительственных учреждений и частных лиц.

Самым главным недостатком рос­сийской почты была ее невероятная медлительность. Скорость доставки сообщений была крайне мала. Даже фельдъегеря, доставлявшие доверен­ную им правительственную коррес­понденцию с максимально возмож­ной скоростью, проезжали в течение часа примерно 20 верст (невиданная для того времени скорость). В два раза медленнее передвигались шед­шие безостановочно так называемые экстрапочты. Что же касается самой распространенной ординарной почты, то даже при самых благоприятных обстоятельствах она передвигалась по стране со средней скоростью 5 верст в час (подсчитано автором по).

Другим существенным недостат­ком российской почты было то, что ямщики, несмотря на частые и жесто­кие наказания, не чувствовали ника­кой ответственности за судьбу дове­ренного им груза. Поэтому, посылая по ординарной (или обычной) почте важные сообщения, нельзя было изба­виться от опасений, что отправленные пакеты или совсем не дойдут до адресата, или будут находиться в пути многие недели, а то и месяцы. И могущественное государство россий­ское, несмотря на все усилия, ничего не могло с этим поделать.

В условиях огромной и слабозасе­ленной страны отсутствие возможно­сти оперативной передачи и получе­ния информации затрудняло управле­ние, замедляло, а иногда и делало невозможным торговый оборот.

Необходимость создания совре­менных средств коммуникации была обусловлена также военно-стратеги­ческими факторами. Ведь во все вре­мена именно связь являлась основ­ным средством управления вооружен­ными силами. Медлительность в пе­редаче сообщений, их несвоевремен­ное получение или утрата были чреваты самыми непредсказуемыми потерями. И любая российская администрация стремилась всеми доступ­ными ей средствами ускорить про­хождение как военно-стратегической, так и тактической информации.

Первая удачная (хотя и локальная) попытка решения проблемы ускоре­ния передачи сообщений в России была сделана при помощи оптической телеграфии. Последняя представляет собой закономерный этап в развитии связи в период, когда потребность в оперативной связи уже была насущ­ной, а возможность для создания электромагнитного телеграфа только появлялась.

Первые опыты по передаче и при­ему осмысленной информации с по­мощью оптической сигнализации еще в начале XVIII столетия были про­ведены на военно-морском флоте. В конце XVIII - первой трети XIX вв. начинает решаться вопрос об исполь­зовании оптического телеграфа на суше. Во второй половине 20-х -начале 30-х годов XIX в. российским правительством постоянно поощря­лись исследования в области оптиче­ской телеграфии. Реализация ряда проектов телеграфного строительства позволила наладить оперативную связь между наиболее важными в стратегическом отношении пунктами империи. Самым крупным подобным проектом стало сооружение самой протяженной в мире оптической теле­графной линии С.-Петербург-Варша­ва. Оптическая телеграфия значи­тельно ускорила прохождение инфор­мации, однако она была слишком зависима от погодных условий.

В число важнейших объективных предпосылок, обусловивших появле­ние электросвязи в России, входит наличие в стране всероссийского то­варного рынка. О том, что этот рынок реально существовал, говорит нали­чие тесных торговых связей между отдельными местными рынками и экономическими регионами страны, а также тот факт, что к концу XVIII в. в каждом регионе станы стало очевидным доминирующее зна­чение общероссийских факторов це­нообразования над местными. Рос­сийский внутренний рынок предста­влял собой систему взаимосвязанных местных рынков. Внутреннее един­ство этого рынка определялось про­грессирующим общественным разде­лением труда, "которое выражалось во все большем отделении промыш­ленности от земледелия и четком размежевании промышленных и зе­мледельческих районов, в широкой порайонной производственной спе­циализации, росте промышленных городов, в усилившейся диверсифика­ции промышленного производства, возрастающей мобильности населе­ния".

Рынок настоятельно требовал ин­формации. Прежде всего, была необ­ходима информация о ценах. Как отмечал лауреат Нобелевской премии по экономике Фридрих А. фон Хайек, "открытое общество, к которому при­вел прогресс цивилизации, стало воз­можным в результате постепенной замены специфических целей и социа­льных ролей абстрактными нормами поведения. Так выстраиваются гармонически согласованные действия на основе общих параметров, благопри­ятствующих спонтанному порядку. В результате информационные потоки, прежде разобщенные, теперь оказы­ваются в распоряжении растущего числа людей. Их символическую фор­му мы называем рыночными ценами". Не меньшее значение имела ин­формация о спросе и предложении на товары и услуги. И чем выше была скорость, с которой циркулировала эта информация, тем выше станови­лась эффективность разделения труда, лучше удавалось уравновесить спрос и предложение, а также обеспечить взаимодействие отдельных товаро­производителей. Именно эта стихий­ная регуляция производства позволя­ла запустить действие рыночных ме­ханизмов, характерных для формиро­вавшегося в России капиталистиче­ского общества.

Другой важнейшей объективной предпосылкой создания, развития и быстрого распространения электро­связи по всей планете явилось начало перехода человечества к индустриаль­ному обществу. Начавшись не по­зднее второй половины XVIII столе­тия в Англии, этот процесс во второй

трети XIX в. докатился до России. Имеющиеся в российской литературе расхождения по вопросу времени на­чала промышленного переворота в России не имеют для нас принципиа­льного значения. Так, С.Г. Струмилин решающие сдвиги в промышленном перевороте в России относит к 1830-1860 гг. По мнению A.M. Соло­вьевой, процесс машинизации про­мышленного производства в России до середины 40-х годов XIX в. носил преимущественно опытный, споради­ческий и неустойчивый характер. То­лько с конца 40-х XIX в. в ведущих отраслях обрабатывающей промыш­ленности "отчетливо наметился ко­ренной сдвиг в сторону систематиче­ского и непрерывного перехода от мануфактуры к машинному про­изводству".

Начавшаяся индустриализация проходила в Российской империи в форме модернизации. Ведь в широ­ком смысле слова под термином "модернизация" мы понимаем имен­но переход от традиционного обще­ства к современному, от аграрного - к индустриальному. В ходе этой модер­низации Россия из феодально-аграр­ной страны стала постепенно превра­щаться в страну капиталистическую, аграрно-индустриальную.

Российская модернизация имела самые далеко идущие последствия как для развития российской эконо­мики, так и российского общества в целом. Накануне промышленной ре­волюции в России значительная часть производимой российской экономи­кой продукции не шла на рынок, а просто потреблялась производите­лем. Производство продукции для торговли или обмена было ничтож­ным. Новая индустриальная эпоха породила ситуацию, в которой почти никто "не является больше самодо­статочным. Каждый человек стал по­чти полностью зависеть от товаров или услуг, производимых кем-то дру­гим... Индустриализм разрушил един­ство производства и потребления и отделил производителя от потребите­ля".

Начавшийся промышленный пере­ворот привел к быстрому росту чи­сленности предпринимателей. Имен­но данному сословию было суждено стать вторым после государства по­требителем услуг электросвязи в Рос­сии.

Модернизационные процессы в нашей стране практически всегда реализовывались на практике по ини­циативе и при активном участии вер­ховной власти.  Конечно, нельзя согласиться с теми, кто считает, что Российская империя проходила так называемую неорганическую модер­низацию, не являвшуюся закономер­ным этапом ее собственного развития и не подготовленную всем ходом предшествующей эволюции страны. В то же время нельзя не отметить, что российское государство постоян­но стремилось придать ускорение естественному развитию страны. Ча­ще всего это было ответом России на очередной внешний вызов со стороны более развитых стран [8]. Отсюда необычайная активность Российского государства в области создания так называемых всеобщих условий про­изводства. И если в XVIII в. государ­ство, прежде всего, строило огромные каналы, сухопутные тракты, возводи­ло заводы, фабрики, верфи, портовые сооружения и т. п., то в XIX столетии государство взяло на себя сооружение железных и шоссейных дорог, а также телеграфных линий.

Изобретение электромагнитного телеграфа в 30-е годы XIX в. было подготовлено всем предшествующим развитием физики (особенно на про­тяжении предшествующего столетия). Открытия в области электричества позволили уже в середине XVIII в. поставить вопрос о создании электри­ческого телеграфа и даже провести первые опыты. Однако вплоть до открытия А. Вольта у изобретателей в области электрической телеграфии не было источника электричества, который мог бы обеспечить надеж­ную и длительную передачу сигналов на расстояние. Открытие датским ис­следователем Г.-Х. Эрстедом влияния электричества на магнитную стрелку впервые позволило поставить вопрос о создании электрического телеграфа в качестве вполне реальной практиче­ской задачи.

Результаты своих опытов Г.-Х. Эрстед в июле 1820 г. опубликовал в небольшой брошюре "Опыты, отно­сящиеся к действию электрического конфликта на магнитную стрелку". Данная публикация сразу же была замечена ведущими физиками Евро­пы. Кстати, русский читатель уже в 1821 г. смог прочитать информацию об открытии Г.-Х. Эрстеда в москов­ском научном журнале "Новый мага­зин естественной истории, физики, химии и сведений экономических".

Одним из первых, кто смог оце­нить открытие Г.-Х. Эрстеда, был А.-М. Ампер. Именно он в своих работах сумел дать научное объяснение явле­ниям, открытым датским профессо­ром.  Однако  для нас чрезвычайно

интересно и то, что, говоря о практи­ческом значении открытия Г.-Х. Эр­стеда, он сформулировал предложе­ния о создании электромагнитного телеграфа.

"Ввиду успеха опыта, указанного мне маркизом де-Лапласом, можно было бы, взяв столько проводников и магнитных стрелок, сколько имеется букв, и, помещая каждую букву на отдельной стрелке, устроить своего рода телеграф с помощью одного вольтова столба, расположенного вдали от стрелок. Соединяя поочеред­но концы столба с концами соответ­ствующих проводников, можно было бы лицу, которое наблюдало бы за буквами на стрелках, передавать све­дения со всеми подробностями и через какие угодно препятствия. Если уста­новить со стороны столба клавиатуру с буквами и производить соединение нажатием клавиш, то этот способ сообщения мог бы применяться до­статочно просто и не требовал бы больше времени, чем необходимо для нажатия клавиш на одной стороне и чтения каждой буквы на другой".

Конечно, предложенный А.-М. Ампером проект был слишком сло­жен для реализации где-либо за пред­елами небольшой лаборатории. Ведь протянуть на достаточно большое расстояние такое большое количество проводов (столько проводов, сколько букв в алфавите) было просто нереа­льно.

Во время проведения эксперимен­тов по изучению воздействия элект­рического тока на магнитную стрелку было замечено, что она одновременно подвержена и воздействию земного магнетизма. Для чистоты опытов в 1821 г. А.-М. Ампер создает так называемую астатическую стрелку. Астатическая стрелка состояла из двух расположенных параллельно од­на над другой разными полюсами в одну сторону и жестко связанных между собой магнитных стрелок. Те­перь действия земного магнетизма на приборы, основанные на открытии Г.-X. Эрстеда, можно было избежать.

А годом ранее немецкий физик и математик И.Х. Швейггер создал му­льтипликатор. Этот прибор предста­влял собой рамку, на которую было намотано несколько витков проволо­ки. Внутри рамки помещалась маг­нитная стрелка. Мультипликатор уси­ливал действие тока на магнитную стрелку и сделал принципиально воз­можным создание первого электро­магнитного телеграфа. В 1825 г. В. Стержен создает первый электромаг­нит.  И,  наконец,  в  том  же  году

итальянский физик Л. Нобили создал прибор, состоявший из мультиплика­тора, астатической стрелки и шкалы, позволявшей учитывать величину уг­ла отклонения стрелок (то есть, по существу, был создан гальванометр). С этого момента осталось только найти способ, как с помощью пары проводников переправлять на уже созданное приемное устройство пере­даваемую с помощью электрического тока информацию. И этот способ будет найден уже в начале 30-х годов XIX столетия.

Источник: Электросвязь: история и современность. №1/2007






Эта статья взята с сайта Связист - Все о связи!.48
http://sviazist.nnov.ru

URL этой статьи:
http://sviazist.nnov.ru/article.php?storyid=1023